Правильные Отношения

О том, как любим МЫ, и о том как любят НАС!

О чем необходимо помнить, если вам плохо 5 психологических трюков, которые сделают вас привлекательной Мы – то, что мы думаем: Почему так ВАЖНО заняться своими мыслями Как перестать извиняться за все, что вы делаете
Новости
Реклама
Новости партнеров
Подпишись
Правильные Отношения
Подписаться письмом

Свадебный обряд

Свадебный обряд Украинская сохранил значительный пласт реликтов язычества и общественного оргиастических праздника. К разряду этих явлений относится и танец «Журавль» («Бусел»), насыщенный ярко выраженной эротической символикой.

Уже несколько поколений этнографов и фольклористов исследует традиционную свадьбу украинском, но и сегодня мы не знаем его досконально и всесторонне. Много еще остается темных мест в исторической эволюции ритуала, в познании закономерностей формирования его временных и локальных вариантов, в расшифровке первоначального содержания мифологических образов и символов. Знакомство с многочисленными публикациями полевых материалов и соответствующими теоретическими трудами подводит к выводу, что сейчас лучше задокументирована и проанализирована первая - торжественная часть свадьбы (от сватовства к обряду кладовой), чем вторая, наполненная разнообразными играми, танцами, шутками, срамными песнями, карнавально-смеховой элементами, которые и определили название всего действа. Отсутствии должного внимания к развлекательно-игрового компонента традиционной свадьбы - давняя недостаток отечественного народоведения. В свое время ее заметил и попытался объяснить Федор Вовк.

Описывая в своем классическом труде вакхическое атмосферу свадебный поезд, когда в доме молодого водка льется рекой, женщины поют циничных песен и наконец начинают неистовые танцы, автор делает характерную ремарку: К сожалению, украинская этнография почти нет необходимых материалов для изучения этой части свадебных обычаев, хотя именно эта часть очень важна и изучение ее должно пролить свет на самые древние и самые интересные черты культуры и обычаев в примитивных славянских народов и дать объяснения фактам, доныне сволочи для нас непонятными [1].

Такое положение вещей, по мнению Мин. Вовка, был обусловлен, с одной стороны, стыдливостью этнографов, работавших над этим вопросом, а с другой - суровостью российской цензуры [2] Названы причины были обнародованы на страницах французского журнала L'Anthropologie y 1891г, но фактически они не потеряли своей актуальности и для последующего времени. Так, в 20-х годах XX в. академик М. Грушевский, солидаризируясь с Х в. Волком, должен признать, что на пути исследованием оргиастических элемента свадьбы становились и цензурно-полицейские запреты, и собственная прюдерия собирателей [3]. Ситуация не изменилась к лучшему и в советский период, когда уже коммунистической цензурой из идейных соображений елиминувалась эротическая составляющая народной культуры и фольклора. Достаточно сказать, что даже в академических изданиях украинских свадебных обрядов и песен, увидевших свет в Научной мысли (70-80-е годы), составители были вынуждены отказаться от публикации значительного пласта текстов непристойного содержания. Все вышесказанное объясняет, почему в современной украинской этнологии так остро стоит проблема преодоления устаревших идеологических комплексов и табу, без чего, очевидно, нельзя интегрироваться в европейское научное пространство.

Объектом нашего внимания служат свадебные танцы украинский, связанные с изображением зооморфных персонажей, подражанию отдельных зверей или птиц. По разным причинам, часть которых уже упоминалась, эти танцы до сих пор не попадали в поле зрения ни этнографов, ни музыковедов. И потому, наверное, прав Василий Авраменко, называя украинскую народную хореографию наиболее забытой отраслью нашего искусства [4].

Танцы-пантомимы, о которых пойдет речь, относятся к глубинных слоев традиционной культуры. На это указывает целый ряд присущих им специфических признаков. Важен уже сам принцип зооорнитономинации, отражающий особое уважительное отношение к животным и птиц, характерное для ранних форм религии (тотемизм, промышленный культ, шаманизм и др.). Исследуемые хореографические композиции, коллективные (групповые) по способу выполнения явно древние, поскольку не входят к большому массиву парных танцев. По заключению искусствоведов, начала истории последних приходятся на XIV века, когда появилась известная провансальский эстампа, от которого происходят различные национальные поросли европейского парного танца: французский бринль, ирландская джига, немецкий аллеманда, польская мазурка т.д. Бросается в глаза и то, что свадебные танцы, посвященные изображению птиц и зверей, в основном выполнялись под самый аккомпанемент: хлопанье пальцев, хлопки в ладоши, свист, примитивные музыкальные инструменты (рубль, качалка, расческа, старое ведро и т.п.). Это так называемая "бабья музыка" или "музыка под язык".

Следует отметить также четкую временную регламентацию указанных обрядовым танцам. Все они, и это не случайно, имеют прямое отношение к обычаям свадебный поезд, где оргиастических элементы свадьбы достигающие своей кульминации и, по словам М. Грушевского, набирают временами "необычной неприличносты [5]. Наконец, давность конкретных обрядовых танцев удостоверяет их первоначальный органическую связь с другими видами искусств: словом, в музыке, песней, драмой. По сути, перед нами настоящие реликты обрядовой хореи - магического танца - пению-игры, доживших до XX века.] Синкретическая природа архаических танцев одновременно берет и облегчает процесс их исследования. Затрудняет том, что в ходе исторической эволюции и разрушения мифологического мировоззрения первоначальная хорея распалась на ряд фрагментов-обломков, которые существуют независимо как отдельные словесные, хореографические, игровые, изобразительные тексты. Но эта же раздробленность несет в себе и обнадеживающие перспективы, позволяя прояснить семантику ритуального целого через расшифровку его уцелевших компонентов.

Таким образом, процедура поиска и распутывания синкретических узлов составляет основной методологический прием наших реконструктивных студий. За недостатком места в данном сообщении представлен лишь один архаичный свадебный танец, который рассматривается в общем етнокультурологичному аспекте, поскольку собственно етнохореография не является нашим специальности. Первобытные танцы исполнялись переодетыми актерами в масках, которые старательно имитировали поведение отдельных зверей и птиц. С времени элементы переодевания исчезали, но актеры продолжали средствами хореографии и пантомимы воспроизводить образы изображаемых персонажей. Подобную эволюцию, вероятно, пережил и архаичный свадебный танец Журавель.

В общем, такая зооморфная маска чрезвычайно популярна на евроазиатском континенте. По наблюдениям польского этнолога К. Мошинского, территория его распространения начинается от сибирских угров и занимает огромное пространство северной Славянщины, а также соседних краев Балтии, Германии и Румынии [6]. Интересно, что один и тот же образ соответствии одетого актера, который носит птичью голову с длинным клювом, как заметил тот же К. Мошинский, в одной части Украины (восток и юго-запад) считается журавлем, тогда как в северо-западном регионе, а также в Польше - Боцян (аистом) [7].

Семантическая сходство, а порой и взаимозаменяемость обоих названных перелетных птиц наблюдается и на материалах обрядовой хореографии. Наиболее ранние упоминания о свадебного Боцяна-журавля находим в странствующих записках шведского посла Конрада Гильденбрандта, который в 1656-1657 годах посетил Украину. Подъезжая к гетманской столице - Чигирин (современная Черкасщина), он встретился с группой веселых подвыпивших женщин в овечьих тулупах, которые, пританцовывая и падая на снег, пели о бужская и о других любовные дела [8]. Все детали этого сообщения выглядят очень достоверно и не оставляют сомнений в том, что изображается типична ситуация перезвянського игрища на второй день после обряда ломания калины. Танец Журавля упомянутый в бурлескно-травестийно поэме Энеида И. Котляревского (конец XVIII века) в описании развлечений, устроенных Дидоной в честь троянцев: "Здесь другие журавля скакали. А кто от дудочки потов "[9]. Важные подробности относительно обычая подал в комментариях к своей "Истории Малой России" (первое издание в Москве 1822) Д. Н. Бантыш-Каменский.

Первое, он заметил, что "Журавли" начинают вести после установления факта целомудрия невесты (обряд кладовые - А. К.) 10. Во-вторых, кратко охарактеризовал само действо: "Все гости берутся крепко за руки, танцуют и поют:

И повадился журавль,
И до наших конопли,
Таки таки длинноногий,
Таки таки носатый "[11].

В-третьих, историк отметил "недобропристойнисть" последующих куплетов цитируемой песни, обвинив в этом пьяных женщин [12].

Интересная, но очень скудная информация Д. Н. Бантыш-Каменского о свадебного Журавля может быть дополнена за счет работ украинских этнографов и фольклористов XIX-ХХ вв. Некоторые дополнительные сведения удалось собрать и нам лично в ходе полевых исследований последних десятилетий. На основании этих данных можно говорить, что образ журавля-Боцяна, кроме свадьбы, встречается в различных ритуальных циклах украинском: рождественско-новогоднем, пасхальной, погребальном (игры при мертвецы), родильные-крестильные т.д. Мотив журавля популярный в календарных (особенно весенних) песнях, прослеживается в других разделах и жанрах песенного, музыкального фольклора, в игровом репертуаре детей и взрослых.



Просмотров: 2867
Рекомендуем почитать


Популярное на сайте
Зрелая женщина , какая она Золотые правила мудрой жены Где найти нормального мужика(мнение одного мужчины) 12 признаков того, что ваша девушка достойная спутница и друг Кодекс чести настоящего мужчины Женские Имена и их значения